Загрузка...
Headphones. Ночной Эфир - городское фэнтези/триллер
Ночной Эфир
Ночной Эфир

"Ночной Эфир" - городское фэнтези/триллер, действие которого разворачивается на радиостанции "Город FM". Жуткие галлюцинации будоражат небольшой коллектив, а по тёмным коридорам, словно иприт, расползается тайный, удушливый ужас...

Глава 12. Дожившие до рассвета

Первое, что бросилось в глаза Павлу в кабинете Луцкого – это включённый компьютер и мобильник, периодически взрёвывавший виброзвонком. Такое впечатление, что его хозяин просто вышел в коридор, не прихватив с собой аппарат, продолжавший исправно фиксировать звонки. Странно, насколько знал Привольнов, музыкальный редактор не был любителем засиживаться на работе. Однажды во время очередного аврала он даже ехидно сообщил Куницыну, что по деловой этике американских корпораций сотрудники, которые постоянно перерабатывают, считаются аутсайдерами. Они не умеют правильно планировать рабочее время.

Но и смыться домой, побросав свои вещи, Жека не мог, он невероятно трепетно относился к дорогущему сенсорному телефону. Однако ещё больше смутило Павла то, что здесь же валялись ключи от машины Луцкого, не на маршрутке же уехал привыкший к другому уровню жизни музыкальный редактор? Да и комп его был запаролен, как секретная база ФСБ, с чего это вдруг хозяин бросил его на открытой папке?

– Присаживайтесь, Павел Николаевич, – между тем предложил следователь, устав ждать, когда Привольнов наозирается по сторонам и самостоятельно водрузится в низкое жекино кресло.

Сам Рябоконь опустился на удобный мягкий стул с подлокотниками и тут же извлёк из портфельчика тощую папку. Так и не прийдя ни к какому выводу, Павел уселся в кресло, задрав коленки едва ли не до ушей. Только извращенцу Луцкому это могло казаться удобным.

– Очень хорошо, что вы всё-таки посетили своё рабочее место, – между тем говорил следователь, разглядывая Павла. – Нравы у вас тут, как я понял, свободные, начальство лояльное. Прямо малина, если не брать в расчёт последние события. Так что же здесь всё-таки творится, а, Павел Николаевич?

– Вы о чём? – осторожно уточнил Привольнов.

– Ну-ну, – разочарованно протянул Рябоконь. – А я ведь на вас рассчитывал, думал, разговор с вами прольёт хоть какой-то свет. Слишком уж странная вышла история, вы не находите? Но несмотря на эту странность, во всех ваших трагических происшествиях определённо есть какая-то связь. Что скажете, Павел?

Следователь бубнил что-то ещё, а Привольнов уныло уставился в тёмное окно, на котором никто не потрудился опустить жалюзи. Что он мог сказать этому лобастому, наверняка видавшему виды мужику, привыкшему разбирать человеческие преступления? То, что на этот раз ему противостоят безжалостные кровопийцы, и никто не знает, как с ними бороться? А вот интересно, как отреагирует следак, если озвучить ему эти мысли? Нет, Павел тут же отказался от шальной идеи, к тому же ему не нравилась манера, в которой вёл беседу Рябоконь. Уж слишком он напирал, брал на понт, тщательно пряча собственную неосведомленность за длинными рассуждениями, да и напускная вкрадчивость крепыша очень его настораживала.

– Почему вы думаете, что я знаю больше остальных? – наконец спросил Павел.

– Ну как же? Ведь первый переполох на радио устроили именно вы. Припоминаете? Вы заявили, что кто-то напал на вашего ди-джея, – следователь покопался в папке, – на Субботину, да, на Валерию Субботину. Вы даже повели людей в лес искать несчастную жертву. Правда, чуть позже выяснилось, что Валерия цела и невредима, и даже очень удивлена вашими домыслами, – Рябоконь помолчал, давая Павлу возможность осознать свои слова. – Так может быть вы объясните мне, зачем вам это понадобилось? – с нажимом добавил он.

О-па! Это куда же клонит вроде бы только что казавшийся безобидным мент? Однако крепыш не дал Привольнову терзаться в сомнениях, наклонившись вперёд, он уточнил, не сводя с парня глаз:

– Очень интересная закономерность, вы не находите? Сначала вы якобы видите кого-то, кто набрасывается в лесу на девушку, затем неизвестный действительно преследует Карину Налбандян, и она, спасаясь, натыкается на вас. А на следующий день убивают Леонову. Кстати, где вы были в это время? Уж напрягитесь, вспомните хоть что-нибудь.

Честно говоря, Павлу никогда не приходило в голову именно так взглянуть на ситуацию, он чувствовал себя основательно пристукнутым пыльным мешком. Бли-ин! Как это у милиции получается всегда кого-нибудь подтянуть к делу, правильно выстроив факты? Он не ожидал от коллег подобной болтливости, похоже все они просто изливались на допросах, повествуя следаку о его неудачных попытках преследовать монстра. Ну хорошо, Карина не могла не поделиться с ним своими переживаниями, а вот кто поведал органам о происшествии с Лерикой? Неужели вурдалюги пытаются таким образом отвести глаза некстати нагрянувшей милиции, подумал Павел, ощущая неприятный холодок в груди.

– Дома я был, – хмуро сообщил он. – Спал, хотя, как и предыдущим вечером, хотел дежурить у радиоцентра, провожать девчонок. Проснулся, когда Лиза уже погибла...

– М-да? И откуда вы знаете, когда это случилось?

Следак что, собрался каждый раз ловить его на слове?! Привольнов сжал зубы, тщательно взвешивая свою речь.

– Еще раз повторяю, я вымотался на работе, уснул, проснулся поздно и позвонил проверить, как дела у Яны. У Селивановой. Она была в порядке, шла к трассе... Ну и обнаружила на дороге Лизу...

– Ага, – Рябоконь отчего-то выглядел удовлетворенным. – Значит, вы утверждаете, что звонили ей из дома? И кто это может подтвердить? А, Павел? Кто даст гарантию, что вы в это время не стояли за соседним кустом, любуясь содеянным и ожидая реакции будущей жертвы?

Вот же падла! Определенно, он задался целью прижучить свидетеля и плавно перевести его в разряд подозреваемых. Но, по счастью, именно здесь его ждал облом.

– А вы проверьте янкин телефон, – мстительно посоветовал Привольнов разошедшемуся крепышу. – Я звонил ей с домашнего, у меня на сотовом деньги кончились, а закинуть забыл. Так что врядли я мог одновременно сидеть под кустом и названивать ей из городской квартиры.

– Проверим, – покладисто согласился следователь. – Но мой первый вопрос от этого не изменится. Зачем вам было нужно рассказывать небылицы о Субботиной? Ведь, согласитесь, именно здесь кроется предыстория всех дальнейших событий.

Разумеется, с этим было трудно спорить, профессиональное чутьё совершенно верно вело крепыша, вот только в конце пути был тупик, и Рябоконь не мог выбраться из него без информации Павла. А Привольнову уже совершенно не хотелось делиться ею со следователем. Всё понятно, милиция намерена искать чокнутого маньяка, почём зря развлекавшегося в лесу и старательно путавшего карты следствию. Похоже, они нашли себе подходящего кандидата на эту роль.

Некоторое время Рябоконь и Павел сидели молча, мерясь напряжёнными взглядами, затем следователь неожиданно вильнул.

– А что вы можете сказать о Евгении Луцком? – спросил он, снова покопавшись в папке.

– Смотря что вас интересует, – пожал плечами Привольнов, соображая куда клонит хитрый следак.

– Что он за человек, не замечали ли вы за ним каких-либо странностей, как он вёл себя в последнее время. Не принимал ли... каких-либо допингов?

Так, еще интересней, молча поразился Павел, ну и при чём здесь Жека? И что этот жук имеет в виду под допингами? Наркоту? Бред, хилый Луцкий невероятно печётся о своём здоровье, ведь даже пара коктейлей валит его с ног.

– Не было ничего подобного, – покачал головой Привольнов. – И вообще это всё не про Луцкого. Он нормальный карьерист, у него всё просчитано, не думаю, что в его планы входят... допинги.

– Ну уж тогда не знаю, что и предположить. На почве чего его могли посетить видения, подобные вашим?

Павел вздрогнул, неосознанно стиснув переплетенные в замок пальцы. Его нервная реакция не укрылась от глазастого следака, Рябоконь довольно кивнул головой, подтверждая собственные мысли:

– Очень уж у вас похожая схема – вопите, пугаете народ, а потом действительно происходит нечто ужасное. Как считаете...

– Луцкий вопил? – невежливо перебил его Павел. – Почему? Что он видел?!

Крошечное зёрнышко необъяснимой тревоги стремительно прорастало, разрывая в клочья внешнее спокойствие Привольнова, он с трудом сдержался, чтобы как следует не встряхнуть запнувшегося на полуслове следователя.

– Это важно! Что видел Жека?! Что его так испугало? Вообще, где он? Я же чувствую, с ним что-то случилось, иначе он не оставил бы здесь свои шмотки!

Рябоконь сбился от этого напора, вот только что, минуту назад он полностью контролировал разговор, и вдруг этот странный, очень подозрительный парень, заразив следователя непонятным волнением, перехватил инициативу. Алексей понимал, что не должен был этого говорить, но нервозность свидетеля уже захватила его.

– Твоему Жеке показалось, что он тоже видел нападение, – судорожно сглотнул Рябоконь, потянув себя за ворот свитера. – Оказывается, у вас здесь кусаются, – он нервно хмыкнул, дистанцируясь от этого абсурда.

– На кого?! – Привольнов так дёрнулся в кресле, что следователь отшатнулся. – На кого напали?

– Кажется, на Куницына...

Рябоконь не договорил, но ему стало не по себе при виде лихорадочно заблестевших глаз собеседника, который только что вяло отбрыкивался от всех попыток расшевелить его. С Павлом явно что-то творилось, и это требовало немедленной реакции, крепыш быстро соображал, как ему поступить. А Привольнов напрягся, готовясь вскочить из низкого кресла, и в это мгновение отчаянный женский крик резанул их по нервам, на долю секунды пригвоздив к месту и следователя и его несостоявшегося подозреваемого.


Рядом с широко шагавшим Куницыным Яна бежала по коридору, предстоящая выволочка совсем не пугала её. Напротив, вместо почти раздавившего её каменной глыбой ужаса, девушка ощущала лёгкую эйфорию, напрочь притупившую чувство опасности. Нужно было сейчас же, немедленно сообщить Павлу, что здание кишит вурдалаками, но программный придержал её локоть, когда Яна рванулась к кабинету Луцкого. Ах да, она должна соблюдать субординацию и сначала выслушать речь взбешённого шефа. В принципе, Яна его понимала – Куницын имел право не только отчитать, но и с позором выставить её, хотя сейчас это уже не имело никакого значения.

Недавний шок настолько вывел её из себя, что Селиванова не заметила как-то разом повисшей на радиостанции нехорошей тишины, сменившей недавнее искусственное оживление "Города". Коридор казался вымершим, но Яна лишь зацепила это краем сознания, послушно входя за Куницыным в его кабинет.

– Садись, – программный подтолкнул девушку к стулу, плотно прикрывая за собой дверь.

– Игорь Валентинович, я не буду оправдываться, – всё ещё с трудом подбирая слова, пробормотала Яна. – Скоро кто-нибудь вам всё объяснит.

Она послушно шлёпнулась на стул (ноги по-прежнему предательски дрожали) и теперь, выворачивая шею, озиралась на шефа, которому что-то срочно понадобилось в шкафу у входа.

– Интересный поворот, – Куницын энергично рылся в бумагах. – Кто и что мне может объяснить, кроме вас? Ведь это же была ваша гениальная идея – поразвлечь народ на ночь страшилками.

– Да просто... У меня не было другого выхода! Я не знаю, как это сказать, чтобы вы мне поверили!

– Даже так?

Программный быстро глянул на девушку, и замученной Яне показалось, что его глаза блеснули в отбрасываемой дверцей шкафа тени. Недавний ужас вновь шевельнулся в глубине её существа, не отдавая себе отчёта, Селиванова вскочила, вцепившись в спинку стула помертвевшими пальцами.

– Что такое? – Куницын развернулся в полоборота и уставился на девушку. – Сядьте! Сядьте и говорите по-человечески. Мне здесь только невротиков не хватало. Одного сегодня увезли чуть не в смирительной рубашке, вторая устроила феерию в эфире и не желает объясняться. Похоже, господину Генеральному удалось разбередить наше сонное царство.

Недоверчиво вслушиваясь в ворчливый голос шефа, Яна не знала на что ей решиться. Теперь ей везде будут мерещиться вурдалаки, но, с другой стороны, Карина, кажется, предостерегала подругу от Куницына. Хотя и самой Каринке веры нет...

– Яна, не морочьте мне голову, немедленно пишите объяснительную.

В результате раскопок, программный извлёк с полки чистый бумажный листок и направился к девушке. Что-то не так, что-то определённо не так было в хорошо знакомом облике шефа... Рваные доли секунды Яна мучительно вглядывалась в это лицо, а затем с пронзительным криком ринулась к двери, катнув стул под ноги опешившему Куницыну. Лицо привычного к очкам человека без них всегда выглядит немного странно, но не настолько, чтобы на нём полностью изменились глаза. Красивые синие глаза программного, которые всегда тайно нравились Селивановой, теперь сверлили её насквозь чёрными дырами! В глубине этих нереально огромных зрачков плескалась знакомая жуткая муть.

Две двери в коридор распахнулись одним рывком – снеся ноготь, но даже не почувствовав боли, Яна стремительно провернула ручку куницынского кабинета, в тот же миг от Луцкого выскочил Павел, за которым маячила ошарашенная физиономия следователя.

– Куницын! – закричала Яна, с невыразимым облегчением бросаясь к напарнику.

– Стоять! – рыкнул на шефа Привольнов.

А тот, продолжая держать в руках лист бумаги, потихоньку продвигался к двери, лишь на миг замерев из-за выходки Яны. Казалось, что программный совершенно спокоен, но уязвлён поведением своих ди-джеев. Покачав головой, он вздохнул, обращаясь в пространство:

– Просто коллективное помешательство! – громко пожаловался Куницын. – Ну что мне делать? Радиостанцию закрывать?

– Еще раз повторяю – стой, где стоишь! – с напором произнёс Павел, отступая на шаг от слишком близко подобравшегося шефа.

– Видите? м программный воззвал к следователю, по-прежнему вертевшему головой на пороге. – Для вас здесь вагон работы, на моих сотрудников явно оказывается воздействие...

– Павел Николаевич, вернитесь, пожалуйста, мы с вами не договорили, – решил вмешаться Рябоконь.

– Не договорили?! – Привольнов сделал еще шаг, оттолкнув себе за спину дрожащую Яну. – Да вы что, слепой? Вы же сами интересовались, кто здесь у нас кусается!

– Неужели я? – подивился Куницын, не переставая медленно и плавно наступать на напарников.

Его тело выписывало стремительные мелкие, почти танцующие шаги, и в какой-то момент следователь понял, что уже смотрит в спину программного "Города FM", а в коридоре творится что-то совсем неладное. Замигали и дружно погасли несколько ламп, его свидетель страшным голосом орал на шефа, а тот уже и не отвечал вовсе, а с невнятным ворчанием пёр на Привольнова и девчонку. Рябоконь не видел, что случилось в следующую секунду, Павел опять крикнул: "Стоять!", Куницын неожиданно замер, а затем взвился в резком прыжке, и тут грянул выстрел.

Этот звук мгновенно вывел крепыша из транса, дёргая из кобуры собственное оружие, следователь ринулся к замершей группе людей, но тут же шарахнулся в сторону от дико взревевшего Куницына. Отброшенный выстрелом на пол, программный поднимался рывками, бросаясь вперёд, визжала Яна, а Павел вновь вскидывал пистолет.

– Не стрелять!!! – не узнавая своего голоса, заорал Рябоконь.

Невероятным образом извернувшись (как только не повыскакивали суставы?!), Куницын метнулся к оказавшемуся рядом следователю – перед лицом много чего повидавшего работника прокуратуры мелькнул неестественно растянутый в оскале рот (пасть! правильней будет пасть!) – и Рябоконь, почти потеряв над собой контроль, нажал на курок. Жуткое существо снесло к стенке, оно выло, царапая пальцами светлый настил, а следователь, ничего не соображая от шока, смотрел в его угасающие бешеные глаза.

– Сзади! – внезапно завопил Павел, бросаясь к своему недавнему обвинителю.

Заторможенно, словно во сне, Рябоконь начал оборачиваться назад. В самом деле, может всё это только сон?! Жаркая надежда полыхнула, мгновенно заледенев в груди, при виде женской фигуры, вопреки силе тяготения в невероятном прыжке оттолкнувшейся от стены и обрушившейся на него из-под самого потолка. Привольнов палил, но существо было стремительней, оно неотвратимо падало на застывшего Алексея, когда чей-то выстрел в последний момент отшвырнул его. На лестнице стоял подоспевший оперативник с совершенно белым лицом, Рябоконь удивился его меткости, потому что ствол ходил ходуном во всё ещё поднятой руке парня.

– Что... Что это такое?! – с трудом выдавил он.

– Вурдалаки, – деловито пояснил Привольнов, наблюдая за Яной, бессильно уткнувшейся в стену.

– Кто?! – нервно вскрикнул следователь. – Но... это же ваш редактор! – охнул он, разглядев фурию, которая всё ещё вздрагивала рядом с ним.

– Ну да, Шило, – подтвердил Павел. – Она одна из первых заражённых. Кстати, неизвестно, сколько ИХ ещё прячется в здании.

Словно подтверждая его слова, в застывшей тишине коридора медленно и бесшумно распахнулась дверь второй студии. Трое. Сначала Лерика, затем Потап, крепко вцепившийся в насмерть перепуганную Алёну Руденко, выбрались под тусклый свет оставшихся ламп.

– Эти? – коротко бросил Рябоконь, успев немного собраться.

– Кроме брюнетки, – вполголоса сказал Привольнов. – Похоже, ОНИ её захватили.

– Вот-вот! – крикнул Потап, умудрившийся отлично расслышать Павла. – Так что, отошли все в "улей"! Иначе я в любой момент могу откусить от неё кусочек. Не представляете, как трудно сдержаться, когда в руках у тебя такая сладенькая прелесть!

Он мотнул вперёд сжавшуюся Алёну, та от ужаса не сумела издать ни звука. Не сговариваясь, мужчины отступили от лестницы.

– Оставьте девушку! – крикнул Рябоконь, внимательно следя за медленно наступавшими существами.

– Серый, отпусти её! – присоединился Павел. – Сдайтесь, может быть вам ещё можно помочь!

Тявкающее хлюпанье Лерики с огромной натяжкой можно было принять за смех, Потап же фыркнул почти по-человечески.

– НАМ?! – издевательски переспросил он. – А вам? Как думаете, что-нибудь способно помочь вам? Прочь с дороги! – взревел он, мгновенно меняя тон. – Быстро отошли к "улью"!

Было понятно, что именно он остался главной боевой единицей, Лерика выглядела совсем плохо, она тащилась за Потапом и его жертвой, едва переставляя ноги. Милицейские переглянулись, а Павел сделал ещё шаг назад, продолжая толкать спиной измученную Яну.

– Серый, я остаюсь в коридоре, – заявил он, не сводя глаз со звукорежиссёра. – Будешь проходить мимо, толкнёшь ко мне девушку, иначе я стреляю на поражение. Всё равно ты её убьёшь.

– Считаешь себя самым умным? – окрысился Потап. – Сдохнете ведь все, раньше или позже!

– Потапов! – подхватил Рябоконь, сообразивший, что именно Павел хоть как-то ориентируется в этом бреду. – На выходе передадите нам девушку!

Снова захихикав так, что кожа людей вздыбилась ледяными мурашками, Потап продолжал медленно приближаться к лестнице. Шаг. Ещё шаг, мужчины попятились к дверям "улья", ловя каждое движение вурдалаков. Вот Лерика уже почти развернулась к лестничному пролёту, звукорежиссёр на вытянутую руку отстранил от себя Алёну. Толчок! Девушка полетела в сторону насторожённых людей, а в следующую секунду три оскаленных монстра взвились вверх, обрушились на них, выбивая из рук оружие.

Яна зашлась в диком крике – еле телепавшаяся Лерика на её глазах разорвала горло оперативнику, который не успел ничего сообразить! Выстрелы слились с этим воплем, Рябоконь, бросившийся к вроде бы беспомощной жертве вампиров, падал на спину, надеясь только на то, что успеет попасть в проклятую девку. Через рухнувшую на него Алёну Лерика перемахнула мощным броском, и вслед за Потапом кинулась на Павла. Тот выпустил последний патрон – Потап покачнулся, но устоял на ногах – и принялся отступать к "улью", прикрывая спиной тихонько скулившую Яну.

Парень отчётливо понимал, что исход предрешён, сейчас вурдалюги зажмут их в угол, и хватит единственного укуса, чтобы... Но твари не стали ждать так долго, потрескавшиеся губы разошлись в оскале, монстры подпрыгнули и... один за другим мешковато рухнули на пол. Чёрные фонтанчики крови плестнулись из пробитых голов, попадая даже на Яну, которая не сразу поняла, что новый шум – это двойной, слитный выстрел, прогремевший откуда-то с лестницы. Изо всех сил стараясь устоять на ногах, девушка опёрлась на Павла и выглянула из-за его плеча. На верхней ступеньке возвышалась длинная, деловито озиравшаяся по сторонам фигура. Невероятно, но Макс Горчаков всё же приехал, отозвался на её странный звонок.


Из людей, невольно угодивших в эпицентр побоища, лишь секретарю Генерального удалось сохранять остатки здравого смысла. Ни кое-как выбравшийся из-под вурдалачки Рябоконь, ни прибежавший вслед за Максом второй оперативник, что потрясённо застыл над мёртвым товарищем, в эту минуту не были способны осознать, что же такое с ними только что произошло. Не говоря уж о Мише, который, не веря собственным ушам, какое-то время прислушивался к громыхающим выстрелам, но всё-таки поднялся наверх и теперь тупо разглядывал неестественно изогнутые тела вурдалюг.

Всё ещё не до конца ощутив, что кошмар миновал, Павел именно Горчакову быстро описал обстановку. Больше не заботясь о правдоподобности своей истории, почти по-военному сухо, тыкая в монстров нервно зажатым в руке, уже бесполезным оружием, Привольнов называл укушенных, начиная с Лерики, которая быстро покрывалась неприятными бордовыми пятнами. Похоже, они просто проступали через густой слой тонального крема, казалось, что убитая вурдалачка разлагалась на глазах.

– Значит, вампиры, – кивнул Макс, внимательно оглядев оскаленные искажённые лица. – Конечно, невероятно, но иначе кто они? – сам себя спросил Горчаков, не нашёл ответа и чему-то кивнул. – А с чего бы вдруг? Весь мир жаждет заполучить какого-нибудь чахленького Дракулу, а у нас вон они, валом.

– Лерику заразил Неизвестный, а она уже поработала над остальными, – отозвался Павел, стараясь попасть в тон невозмутимому секретарю..

– Неизвестный? – Макс заметно напрягся. – Так, стоп, здесь ещё есть такие же твари?

Этот простой вопрос дошёл до всех: и Рябоконь, как заведённый пытавшийся стряхнуть с себя чёрную кровь, и его оперативник наконец встрепенулись.

– Что?! – следователь уставился на Павла. – Это не все?

– Самой первой из НИХ была Лерика, – повторил Привольнов, не глядя на обезображенное лицо гламурного ди-джея. – На неё кто-то напал, помните? Я был единственным свидетелем, но могу только в общем описать Неизвестного вурдалака. Очень крупный мужик, уволок Лерку в лес, как волк курицу.

– Надо понимать, я один из подозреваемых? – прозорливо поинтересовался Горчаков.

– Без обид. Слишком часто тебя стали видеть в "Городе" по вечерам, а потом тут творилось всякое...

Секунду поразмыслив над доводом Привольнова, Макс пожал плечами и уточнил.

– Допустим. Но раз я – не он, у вас должны быть ещё какие-то кандидаты?

– Бартон! – ахнула Яна, так что позабывшие о ней мужчины вздрогнули. – Паш, мы упустили Бартона!

Как подброшенный этим криком, Павел сорвался с места – вот же чёрт! Если Тимка не принимал участия в схватке, значит он давным-давно смылся из здания! Бросил своих подопечных и наверняка затаился в надёжной норе, из которой можно выползти в нужный момент, чтобы отпробовать свежей крови. Увлечённые его рывком, готовые к новой, не до конца понятной опасности, милиционеры и Горчаков тоже вломились в "улей", рефлекторно держа спину друг друга. Сердце Павла, ожидавшего увидеть опустевшую студию, сделало на один удар больше – Бартон, как ни в чём не бывало, сидел за пультом! Такое ощущение, что в своих наушниках он остался единственным человеком в здании, который не слышал ни звука пальбы, ни полных ужаса криков...

С бесполезной пушкой наперевес Привольнов подлетел к стеклянной двери, Тим вскинул ставшие совершенно круглыми глаза, а в святая святых "Города" один за другим стали врываться вооружённые мужики. Вздрюченные, перепачканные люди с совершенно диким выражением лица набились в маленькую комнату – ошалевшему Бартону показалось, что их очень много. Что-то из школьной истории про захват "вокзала и телеграфа" мелькнуло в его голове, а потом один из этих людей, оказавшийся Пашкой Привольновым, за шиворот сдёрнул его с удобного кресла.

– Да ты... ты че?! – завопил Тим, мгновенно позабыв про эфир. – Ты что творишь, гнида?

Но крепкие руки остальных нападающих быстро выволокли парня из студии, они орали что-то, перебивая друг друга, не переставая размахивать перед носом Бартона вонявшими порохом стволами. Эта деталь окончательно выбила Тима из колеи – да ведь эти чокнутые совершенно точно в кого-то стреляли! Не дожидаясь, когда они пустят пушки в ход, он извернулся и изо всех сил залепил в ухо Привольнову, от неожиданности едва устоявшему на ногах.

– Ах ты сука!

Отбросив пистолет, Павел ринулся на противника, но невольные соратники с двух сторон вцепились в него.

– Стоп, стоп, стоп! – гаркнул Рябоконь.

– По-моему, вы и здесь немного промазали, – поддержал его Макс, внимательно разглядывая взбудораженного Бартона. – Он такой же вурдалак, как и я.

– Не может быть! – отозвался Павел, обжигая притихшего ди-джея яростным взглядом. – Да только он был в Англии! Что молчишь, Тимка? Расскажи, как ты там охотился на вампиров!

– И что? – не менее агрессивно отозвался тот. – Тебе всё моя поездка покоя не даёт? Так не бойся, скоро меня здесь не будет, ты вполне можешь занять моё место! Если потянешь, конечно...

– Так что там насчёт охоты на вампиров? – не дал себя сбить с толку следователь. – Что за история, Тимур?

– Нет, ну дурдом какой-то, – пожаловался Бартон, не подозревая, что произносит самую популярную в последнее время в "Городе" фразу. – Пора отсюда сваливать. Какие ещё вампиры?

– А вон, в коридоре валяются, – сообщил ему Горчаков. – Раньше встречать не приходилось?

Как по команде, все почему-то посмотрели на дверь, сквозь которую снова лился яркий свет. В следующее мгновение в дверном проёме возникла Яна.

– Это не он, – сказала девушка, глядя только на Павла. – Паш, правда, не он. Идите, посмотрите, вурдалаки все изъедены язвами. Вот почему Шило и Лерка ходили с тонной тонального крема.

Четыре пары глаз тут же снова впились в напрягшегося Бартона, но всё, что они смогли высмотреть – это темный румянец, постепенно проступавший на скулах парня.

– Я же говорю, не похож он на одного из ТЕХ, – резюмировал Макс. – Ну и какие ещё есть предположения, где искать вашего Неизвестного?

Судя по молчанию Привольнова и Яны, иные варианты не приходили им в голову, хотя где-то в глубине сознания девушки брезжила неясная мысль. Точно-точно, в тот самый миг, когда она пробралась к выключателю, и яркий свет рассеял неверный сумрак коридора, ей что-то вспомнилось, что-то определённо касавшееся облика этих существ...

– Ну, раз нет никаких версий, предлагаю просто обыскать помещение, – заявил Рябоконь. – К тому же не ясно, кого ещё ваши монстры могли инфицировать. Раз появилась одна неучтённая... особь, где гарантия, что здесь не прячутся остальные? Значит мы, – он махнул дулом на себя и молчаливого оперативника, – и вы, молодой человек, – тычок в Горчакова, – осматриваем кабинеты. Павел, на вас с охранником коридор, смотрите, чтоб они опять не начали сигать на нас с потолка.

Следователь передёрнулся, но тут же взял себя в руки, под восклицания одуревшего при виде недавней бойни Бартона вся компания вывалилась из "улья". Одна за другой распахивались двери, пусто, пусто... Стоя возле Павла, Яна продолжала судорожно соображать – ведь было что-то такое, что она упустила. Она что-то знает о Неизвестном!

– Стойте! – внезапно завопила девушка, бросаясь вперед.

– Яна! – вслед за ней рванулся Привольнов.

А Макс Горчаков послушно окаменел, опустив ладонь на ручку комнаты инженеров.

– Он там! – задыхаясь вскрикнула Яна.

Дверь поехала, медленно открываясь, Макс присел, зафиксировав пистолет, но никто не вылетел на него с диким воем, в коридоре по-прежнему висела напряжённая тишина. Переждав секунду, Горчаков обменялся взглядом с подоспевшим Павлом и аккуратно двинулся в темноту.

– Выключатель слева, – громким шёпотом подсказал Привольнов.

Макс кивнул, и в инженерной, натужно гудя, вспыхнули люминисцентные лампы. Всё верно, он был здесь – высокий крепкий парень в чёрной джинсовке. Эдик. Самый незаметный и незаменимый человек в "Городе FM", Неизвестный, очень легко обеспечивший себе возможность никогда не уходить с работы. Он лежал почти на том самом месте, куда упал бедняга Петрович, все открытые участки его тела были одной сплошной раной.

– Язвы! – отчаянно выдохнула Яна. – А ведь он говорил! Его тоже не было в новый год в городе, он хоронил дядьку, который умер от язв! Представляете?! Он рассказал, как его заразили, но никто, как обычно, его не слушал!

– Нифига себе, – наконец смог выговорить Павел. – Эд... Но ведь мы вместе с ним гонялись за маньяком, напавшим на Лерку! Хотя... Он вполне мог успеть куда-то её утащить! А потом вообще сбить меня с толку, закинув подальше её сумку...

– Говорите, он куда-то уезжал, и вернулся оттуда... таким? – Рябоконь уже пытался выстроить для себя ход событий. – Никто случайно не знает, где жил его родственник?

– Случайно знаю, – вздохнул Привольнов. – Небольшая деревня в верховьях реки, они с Петровичем постоянно спорили, где лучше рыбалка.

Верховья реки, болота, уходившие в глубь ленточного бора, недавний сон с Лизой Леоновой снова поплыл перед глазами Яны. "Тебе не надо туда" – твердила погибшая девушка. Туда, в глушь, на болота, откуда в любой момент могут возникнуть словно порождённые чьим-то кошмаром существа. Болотные существа, кровососы-пиявки, упыри, вурдалаки, вампиры, да как их ни назови, их суть останется прежней, не менявшейся за тысячи лет. Но не только это засело колючей занозой в сердце. Пока мужчины деловито заканчивали осмотр, куда-то звонили, бегали, завершали "успешную операцию", Яна вдруг отчётливо поняла, что ничего не закончилось.

"Что-нибудь способно помочь вам?!" – несколько часов назад крикнул Потапов, и только сейчас этот крик окатил её липким страхом. Где нашёл дядька Эдика неведомую заразу, конечно прикончившую его, но успевшую поселиться в тихом племяннике? Неужели не ясно, что то, что сделало из него вурдалака, может снова и снова обрушиваться на людей? Но самое страшное, что кошмар гораздо ближе, чем кажется. За ним не нужно ехать в далёкий Лондон, или искать приключений в лесной деревушке, когда где-то здесь, в городе, ходит вредная потаповская жена, зазывавшая Серёгу домой. А маленький мальчик, сын Шило? Кто ещё? Кто ещё успел стать подобным монстром?

Оглушённая этим открытием, Яна совершенно новым взглядом обвела снующих вокруг людей. Рябоконь и другая, набившаяся в "Город" милиция, вон Макс, не замечая холода, курит у открытого окна, а рядом с ним растерявший всякий задор Бартон. Павел что-то рассказывает высокому милицейскому чину... Невероятно, но они и не заметили, как этой ночью оказались в совершенно другом мире – мире, где за любым поворотом коридора может встретиться некто, кого человечество уютно и расслабленно всегда признавало героем страшных легенд. А может и не встретится, это уж как тебе повезёт.



Нравится книга? Поделитесь с друзьями!




Хотите всегда быть в курсе новостей сайта?
Читайте нас в Твиттере, ВКонтакте и Facebook, подписывайтесь на новости в Google+ и не забудьте поставить +1!




Оставьте свой отзыв, напишите комментарий, задавайте вопросы! Чтобы оставить сообщение, регистрация не требуется, для входа можно использовать ваши профили в Twitter, Facebook, Google или Disqus, или же просто выберите имя и участвуйте в обсуждении как гость.




Комментарии к триллеру "Ночной Эфир"


comments powered by Disqus

Рассылка

Получать обновления на email